Карен гиголян адвокат

А защитник другого фигуранта по делу, Алексея Чернова, обвинил следователей в незнании базовых законов логики. Огромная гора мусора. Она насыпана с одной целью — не дать приблизиться к тому, что действительно важно. Под этой горой можно похоронить любого. Защитник предрек жуткие последствия, которые ударят по всему обществу, если фигурантам дела Гайзера суд вынесет обвинительный приговор. По мнению юриста, в ближайшем будущем на любую безобидную группу простых граждан можно будет повесить создание и участие в организованном преступном сообществе.

Также он уточнил, не те ли это компании, которые были переданы в доверительное управление после поступления Ромаданова на госслужбу. Прокуроры однако опротестовали вопрос. Далее Ромаданов пояснил фамилии, фигурирующие в деле Гайзера.

Гиголян продолжил спрашивать о деталях введения антикризисного управления на СЛДК и других предприятиях. Ромаданов упомянул, что Гайзер поручал ему заниматься долгами одного из предприятий перед «Газпромом». Ромаданов указал, что детально занимался вопросами промышленной политики в Коми по части спасения предприятий, особенно доведенных до банкротства Самойловым.

А Чернов способствовал улучшению финансового состояния предприятий. После этого в суде подняли вопрос о переносе заседания, хотя вопросов у Гиголяна было еще достаточно. Следующий суд состоится 26 февраля в Татьяна Ткалун.

В соцсетях бурно обсуждают, почему прокурор запросил для бывших первых лиц республики столь значительные сроки. Напомним, вчера на прениях прокурор потребовал назначить для экс-главы Коми наказание в виде 21 года колонии строгого режима со штрафом в миллионов рублей, для Алексея Чернова — 20 лет со штрафом в миллионов рублей, для Владимира Торлопова — 17 лет со штрафом в 3 миллиона рублей, Игорю Ковзелю — 17 лет.

Защитники четырех ключевых фигурантов дела о коррупции в Коми оспаривают в суде отказ Следственного дела допустить их к подзащитным Глава Республики Коми Вячеслав Гайзер. Аналогичные обращения поступили в суд и от нанятых родственниками адвокатов трех других фигурантов. Как рассказал Business FM нанятый родственниками для защиты чиновника адвокат Вячеслав Леонтьев, утром 24 сентября он сдал в Следственный комитет России оригинал ходатайства о его вступлении в дело с приложением ордера на защиту Гайзера. По его словам, в тот же день он направил соответствующую телеграмму на имя руководителя следственной бригады по делу, генерал-майора юстиции Зигмунда Ложиса. Адвокат сообщил, что в своем обращении в Басманный суд он обжаловал бездействие руководителя следственной бригады, требуя признать его незаконными и обязать устранить нарушения, немедленно допустив его к клиенту. Стоит отметить, что новые защитники ключевых фигурантов дела о коррупции в Коми также столкнулись с аналогичной проблемой. Адвокаты заместителя главы республики Коми Алексея Чернова, председателя Госсовета Республики Коми Игоря Ковзеля и заместителя председателя регионального правительства Константина Ромаданова сообщили Business FM, что тоже с 24 сентября не могут увидеться с подследственными. При этом следователи СК не принимают у них ордера и ходатайства о допуске к делу нарочными, ссылаясь на распоряжение руководителя следственной группы. По телефону следователь уже проинформировал адвоката, что ему отказано в допуске в дело в связи с нехваткой каких-то документов.

Защитник подельника экс-губернатора Гайзера сравнил следователей с героями анекдота

Гиголян Карен Кимович

Комментарий Гиголяна публикует БНК. Не остаются в стороне от обсуждений странного инцидента и представители интересов членов предполагаемого ОПС. По словам юриста, известие о смерти Соколова в ДТП его сильно опечалило. Кроме того, Гиголян уверен, что речь идет не о каком-то случайном стечении обстоятельств. Адвокат напомнил, что Соколов — уже не первый финансист предполагаемой ОПС, который погибает при загадочных обстоятельствах.

Признание в любви

Александр Крохмалюк рассказал о том, что идея создать цикл живописных работ, посвященных местам, связанным с адвокатской деятельностью, родилась у него еще в то время, когда московская адвокатура отмечала свое летие. По следам этой выставки А. Но в нем явно не доставало пейзажных полотен. Объединив усилия, коллеги создали список мест, связанных с историей, жизнью и деятельностью юристов. Для участия в проекте была приглашена известная художница из Одессы Татьяна Поповиченко.

Юристы сыграли в гольф

По «делу Гайзера» огласили показания Александра Гольдмана

Фото Петра Акулина — Это очень печальное известие. На мой взгляд, к гибели Соколова не стоит относиться, как к обычному несчастному случаю. Как-то странно получается, что гибнет уже второй человек, имевший отношение к управлению финансами так называемого преступного сообщества. В этой связи правоохранительным органам, на мой взгляд, стоит более внимательно исследовать обстоятельства смерти в СИЗО Антона Фаерштейна в августе года. Есть совпадения, наводящие на определенные мысли, — заявил защитник Чернова.

После того как газета перестала издаваться, он несколько лет вел ее сайт. Перед началом допроса судья попросила Сорокина перечислить, с кем из подсудимых он когда-либо лично общался. Свидетель назвал экс-глав Коми Вячеслава Гайзера и Владимира Торлопова, бывшего замглавы Коми Алексея Чернова и бывшего начальника управления информации администрации главы региона Павла Марущака. В ходе допроса выяснилось, что Сорокину известен Александр Зарубин. Однако их общение свелось только к одному телефонному разговору, который длился около часа. По мнению свидетеля, влияние Зарубина на экономическую и политическую жизнь в Коми было очень большим. На вопрос гособвинителя Бориса Непорожного о том, кто входил в команду Зарубина в прежнем руководстве республики, свидетель заявил, что этого не знает.

Вячеславу Гайзеру утяжелили обвинение Фото: РИА Новости Бывшему главе Коми Вячеславу Гайзеру, находящемуся под стражей по обвинению в организации преступного сообщества и мошенничестве в особо крупном размере, были предъявлены обвинения по трем новым эпизодам — по статьям о мошенничестве и взяточничестве. Об этом на заседании Мосгорсуда заявил судья, решавший вопрос о продлении Гайзеру срока заключения под стражей. Напомним, что Гайзер, по данным следствия, на посту губернатора занимался незаконным отчуждением государственных долей птицефабрики «Зеленецкая», гостиниц «Югор» и «Авалон». Как передает «Интерфакс» , судья, зачитывая ходатайство следователя из материалов дела, сказал: «31 августа Гайзеру было предъявлено обвинение два раза по статье УК РФ «Взяточничество» «.

Карен гиголян адвокат биография

Юрист Владислав Садыков сопровождал сделки, помогал лично Ромаданову. Кутаев — предприниматель, владелец одного из предприятий. Фамилию Ростовой слышал, видел один раз. Гиголян попросил пояснить по конкретным компаниям, находившимся в управлении Ромаданова. Подсудимый не смог вспомнить, кто и чем управлял и даже чем каждая компания конкретно занималась. По займам подсудимый пояснить ничего не смог. Про компании «Невист» и про «Скиден» Ромаданов только «слышал» и, как выяснилось, владел долей.

Такое может быть, поймите», — заявил Ромаданов в ответ на изумленный вопрос Гиголяна Как выяснилось в ходе допроса, Зарубин бизнесом Соколова и Ромаданова не интересовался, рекомендации по управлению им не давал. Защитник Ромаданова указывает, что «группа предприятий Соколова» не фигурировала в словах Ромаданова и просит это отразить в протоколе.

Ромаданов пояснил, что не помнит, давал ли денежные средства Зарубину. Гиголян «напомнил» подсудимому о таких случаях. Тут же вмешался прокурор, выступив против наводящих вопросов. Отвечая на вопрос Чернова, с кем было согласовано вхождение в неформальную организацию, Ромаданов пояснил, что слова организация не употреблялось, как и не было формальных критериев вступления в организацию, вхождение в нее ни с кем не согласовывалось.

Вячеслав Гайзер проголосовал на выборах президента за Владимира ПутинаФото: Архив «КП» Изменить размер текста: A A В Замоскворецком суде Москвы сегодня, 19 марта, состоялось двадцать первое заседание по уголовному делу бывшего руководства республики Коми. На прошлом заседании допросили доверенное лицо бывшего зампреда правительства Коми Константина Ромаданова и предпринимателя Алексея Соколова. Соколов отказался отвечать на вопросы защиты. Вчера состоялись выборы президента, поэтому пока обвиняемые ожидали начала заседания, у них спросили, за кого те отдали свои голоса. Тем не менее, Вячеслава Гайзера назвали самым стильным арестантом в Лефортово на выборах. На сегодняшнем заседании гособвинение продолжило изучать материалы дела.

Экс-замглавы Коми Алексей Чернов заявил, что на предварительном следствии Гольдман его оговорил, а сам утаил от следствия одно важное обстоятельство. Уголовное преследование Гольдмана прекратили по примечанию к статье УК добровольный выход из преступного сообщества и активное способствование раскрытию или пресечению преступлений. Гольдман на протяжении многих лет оказывал туристические услуги Александру Зарубину, а также его окружению. По вопросу о предоставлении зарубежной турпутевки к нему один раз обращался так же бывший глава Коми Вячеслав Гайзер. Кроме того, Гольдман также являлся совладельцем строительной фирмы, которая в годах занималась строительством многоквартирного дома в Берлине. В году экс-супруга Алексея Чернова Ирина Желонкина приобрела у Гольдмана объект незавершенного строительства — жилой дом на 10 квартир за 1 млн евро. Объект приобретался как бизнес.

Адвокат экс-главы Коми: «В команде Гайзера были рабочие отношения, а не преступные связи»

GDPR, Cookies и персональные данные.

Адвокат Чернова спросил Константина Ромаданова о деталях введения антикризисного управления в Коми 19 февраля года, Фото: Яролавы Пархачевой Экс-зампреду правительства Коми Константину Ромаданову в ходе допроса в замоскворецком суде 19 февраля задал вопросы адвокат фигуранта «дела Гайзера. Адвокат поинтересовался, известно ли Ромаданову об ОАО «Центре управлениями финансами» и «Управлении финансами», на что получил положительный ответ.

Речь шла также и о приведении техники безопасности в шахтах к норме. Ромаданов указал, что Самойлов относился к предприятиям как к собственному кошельку.

Под следствием что значит

Адвокаты дела о коррупции в Коми атаковали Басманный суд

Она отвела все их вопросы. Ну ты просто Третий голос. Она просто устала уже это делать. Откуда я знаю? Генерал-майор юстиции Николай Тутевич занимает должность старшего следователя по особо важным делам при председателе Следственного комитета. Согласно сайту ведомства, в годах он служил в Афганистане, а в м закончил Военный Краснознаменный институт министерства обороны СССР. С ноября года работал в прокуратуре, с года — следователь СК. В мае года Тутевич стал главой следственной группы по делу об убийстве политика Бориса Немцова, сменив на этом посту Игоря Краснова, под руководством которого дело было фактически раскрыто. Адвокат одного из обвиняемых Шамсудин Цакаев отмечал , что ранее Тутевич занимался уголовными делами об убийстве депутата Госдумы Руслана Ямадаева и покушении на его брата Ису Ямадаева.

Полезное видео:

20 лет лагеря строгого режима — это немножко перебор, высказался в суде фигурант «дела Гайзера»

В Замоскворецком суде Москвы продолжаются прения сторон по уголовному делу в отношении бывшего руководства Коми. Свое отношение к предъявленному обвинению высказали бывший заместитель главы Коми Алексей Чернов и его защитник Карен Гиголян. Оба выступали несколько дней, детально разбирая обвинительное заключение. Чернов заявил, что стал жертвой оговора, а его адвокат — что дело может стать «матрицей», по которой любую организацию можно объявлять преступным сообществом. Прокурор попросил суд приговорить Чернова к 20 годам строгого режима и штрафу 485 млн руб. Подробнее — в материале «7х7».

Гора интеллектуального мусора
Адвокат Чернова Карен Гиголян считает, что позиция гособвинителя не основана на законе, а обвинители и их руководители в Генпрокуратуре, заведомо зная, что уголовное преследование носит незаконный характер, допустили многочисленные нарушения и «не нашли ни сил, ни мужества направить процесс в законное русло».

Гиголян попросил полностью оправдать Чернова, так как в его действиях отсутствуют составы всех инкриминируемых ему преступлений, а на свидетелей оказывали давление и принуждали давать нужные показания. Обвинительное заключение, по словам адвоката, представляет из себя гору интеллектуального мусора, которую «насыпали для того, чтобы напугать и не дать найти в ней то, что можно назвать фактами».

— Эта гора может похоронить под собой любого. Видимо, на это был сделан расчет, чтобы не рискнули люди подойти к системному изучению. Мы покопались в этой горе мусора, мы ее не испугались, — сказал защитник.

Гиголян вспомнил, что коллеги и родственники отговаривали его защищать Чернова, потому что это рискованно. Они предположили, что запущен пилотный проект, из которого будет создаваться некая матрица. Ее будут применять для того, чтобы на любую законную иерархическую структуру срабатывали постулаты статьи о создании и участии в организованном преступном сообществе.

Адвокат заметил, что любая организованная структура, в деятельности которой невозможно избежать подчиненности нижестоящего вышестоящему, — рискует. Под это попадают и общественные организации, и государственные органы. Кроме этого, по его мнению, дело имеет огромное социальное значение: вскрылись обстоятельства, свидетельствующие о методах и приемах, которыми пользуются оперативники и следователи, оказывая давление. Проверка этих фактов была формальной и уложилась всего в три дня, уточнил Гиголян.

Уникальность этого дела, по словам адвоката, заключается в том, что само событие преступления придумано под задачу «посадить этих господ», для этого с 2013 года была проведена подготовительная работа. Обвинение, по словам Гиголяна, напомнило ему анекдот.

— Армяне лучше, чем грузины. Вопрос: чем лучше? Чем грузины! Так и в деле: почему Чернов руководитель структурного подразделения преступного сообщества? Потому что он им руководил! А почему руководил? Потому что он руководитель! Огромное количество слов, запутанность, отсутствие последовательности, отсутствие выявленных четких причинно-следственных связей их увязывание каким-то образом между собой. Все это отсутствует. У нас дело построено на показаниях, ценность которых — ноль, — сказал адвокат.

Преступное сообщество
По мнению защиты Чернова, то, что предприниматель Александр Зарубин, как говорится в обвинении, принял решение создать преступное сообщество, не значит, что он его создал. В обвинительном заключении не говорится, с кем он его создал, когда именно и в каком месте.

— Удивительным и мистическим образом следствию удается определить такие вещи, как выражение намерения, состояние психики и восприятие окружающей среды Зарубиным. Следствие, например, говорит, что Гайзер ввел в заблуждение Шаталова [руководитель Фонда поддержки инвестпроектов Коми], умершего в 2010 году. Как это можно было установить, кроме как при помощи спиритического сеанса? — сказал адвокат.

Где и как фигуранты получили приглашение и дали согласие на участие в преступном сообществе, по мнению защиты, следствие не установило, а предполагаемый организатор сейчас в международном розыске. Например, бывший зампред правительства Коми Константин Ромаданов, по словам адвоката, на очной ставке заявил, что в преступное сообщество его вовлек не Чернов, а экс-заместитель главы Павел Орда.

Вопросы у защиты бывшего чиновника вызвало и описание структурного подразделения преступного сообщества в Коми, которое состояло из трех руководителей — Чернова и бывших глав Коми Владимира Торлопова и Вячеслава Гайзера. По мнению защиты, следствие просто тиражировало законодательно закрепленный принцип подчиненности в правительстве региона на преступное сообщество и выдает его за преступное сообщество. Гиголян сказал, что в деле нет ответа на вопрос, как Чернов обеспечивал принятие решений в пользу преступного сообщества. По словам адвоката, указано только, что «различными путями».

Свидетели
Защита Чернова обратила внимание на показания свидетелей по делу, которые на следствии изобличали обвиняемых, а на допросах в суде не смогли подтвердить тезисы, которые ранее заявляли. Например, бывший руководитель Агентства по управлению имуществом Коми Владимир Беляев, по словам защиты, утверждал, что Чернов раздавал указания и транслировал волю Зарубина, эти указания были обязательными для исполнения, в том числе и для Гайзера. В суде же он не смог подтвердить эти слова и сослался на 51-ю статью Конституции России, позволяющую не свидетельствовать против себя и своих близких.

Беляев на допросе рассказывал о структуре преступного сообщества, но при этом сам, по его словам, в него не входил и заявлял, что попыток вовлечь его в сообщество не было.

По словам Чернова, о его руководящей роли в преступном сообществе следствию сообщали менеджер Зарубина Демьян Москвин, Ромаданов и бывший партнер еще одного обвиняемого предпринимателя Валерия Веселова Юрий Бондаренко. Они говорили, что в отсутствие Зарубина все решения принимались только с согласия Чернова, но не смогли пояснить, как именно это происходило. Бондаренко же позднее в суде говорил, что не помнит, чтобы Зарубин отсутствовал, а связь с ним всегда сохранялась по телефону или через интернет.

— Вся моя руководящая роль в преступном сообществе формируется тезисами, под которыми нет никакого материального обеспечения, — объяснил Чернов. По его словам, Москвин в суде показал, что подтвердить руководящую роль от него требовал следователь Следственного комитета Дмитрий Чехович, который сам не смог ему пояснить, в чем она заключалась.

По словам Чернова, Ромаданов и Москвин говорили, что узнали о существовании неформальной преступной группы из постановления о привлечении в качестве обвиняемых по делу, а их показания написаны формулировками, которыми они не пользовались в обычной жизни. Оба свидетеля рисовали следствию схему преступного сообщества, а затем не могли объяснить, кто в него входит.

Защита обратилась к показаниям экс-сенатора от Коми Евгения Самойлова и заметила, что чем больше его допрашивали, тем больше подробностей он вспоминал. При этом, по мнению адвоката, чем больше проходит времени, тем меньше человек должен помнить. В показаниях Самойлова с течением времени становилось все больше противоречий, заметил адвокат.

По мнению Чернова, даже в мелочах Самойлов говорил недостоверные сведения, например, экс-сенатор говорил, что власти развернули против него кампанию в СМИ, а Чернов, по его словам, наоборот, ограждал Самойлова от критики. Обвиняемый привел стенограмму своего разговора с мэром Инты Павлом Смирновым, который публично критиковал Самойлова из-за сложной ситуации на шахте в Инте. В разговоре Чернов просил критиковать угольную компанию в целом, так как Самойлов не был напрямую владельцем шахты. Обвиняемый вспомнил допрос Самойлова в суде, на котором гособвинитель спросил его, не оговаривает ли он Чернова. Самойлов воспользовался 51-й статьей Конституции, позволяющей не свидетельствовать против себя.

— Показания лиц, которые якобы сотрудничали со следствием, а на деле беспрекословно подписывали любые составленные следствием и постоянно меняющиеся формулировки, приниматься во внимание не могут ввиду неустранимых противоречий. Не могут также приниматься во внимание показания подсудимых и свидетелей, данные ими под давлением. Фаты давления установлены в том числе приобщенными судом доказательствами защиты и заключения специалистов, — сказал адвокат Чернова.

Шахта и птицефабрика
Гиголян заявил, что решение о приватизации птицефабрики «Зеленецкая» принималось членами правительства республики. По его мнению, ничего преступного в приведении республиканского законодательства в соответствие с федеральным, которое требовало приватизировать государственные унитарные предприятия, нет. Администрация главы Коми несколько раз получала предписания о необходимости приватизации, в том числе от прокурора Коми.

— Что-то я не вижу здесь ни одного прокурора, подписывавшего эти предписания, ведь по логике следствия их действия могли быть частью преступного плана, — сказал адвокат.

Адвокат сказал, что Чернов не участвовал в процессе приватизации, не подписывал никаких документов и не участвовал в совещаниях по этому вопросу. Чернова, по информации защиты, в связи с приватизацией не упоминал ни один свидетель.

Защита считает, что предметом преступления являются акции птицефабрики, а не дивиденды, в хищении которых их фигурантов обвиняет следствие. Само по себе право получить причитающиеся дивиденды, по версии защиты Чернова, в момент хищения не предполагается и может быть принято только впоследствии.

— Предмет легализации должен обладать обязательными признаками. Ничего подобного у нас нет. Нас просто запутывают и предлагают неверную квалификацию, — сказал Гиголян.

Адвокат обратил внимание на то, что в деле утверждается, что фигуранты дела использовали «авторитет занимаемой должности» при приватизации и последующих сделках с акциями птицефабрики, но этот авторитет почему-то не сработал на министре сельского хозяйства Коми Сергее Чечеткине, который был резко против и критиковал приватизацию предприятия. После того как, по словам защиты, ему представили обоснование этого решения, он поменял свое мнение и позднее в суде подтверждал, что на него никто из подсудимых не давил. В целом, по мнению адвоката обвиняемого, у фигурантов дела были все условия и возможности, чтобы не растягивать процесс завладения птицефабрикой, но этот процесс почему-то растянулся на шесть лет.

Чернов, уверена защита, не причастен к легализации денег, полученных в качестве дивидендов, выплаченных по решению совета директоров «Зеленецкой», не принимал участия в распределении каких-либо дивидендов, не получал никаких преференций от их обладателя. Обвиняемый был обеспеченным человеком задолго до поступления на госслужбу в 2003 году, что подтверждается собранными следствием материалами. Он декларировал все доходы, в том числе от продажи имущества и предметов антиквариата, которые получил в наследство. До поступления на госслужбу Чернов задекларировал доход в 61 млн руб.

— Свидетели показали, что Чернов равнодушен к излишествам и каким-либо предметам роскоши. Это уже показали обыски у Чернова и членов его семьи, — сказал адвокат.

Чернов подробно рассказал, что занимался проблемами шахты «Интауголь».

— Я, конечно, не рассчитывал на медаль, но, честно говоря, на обвинение, которое тянет на 20 лет лагеря строгого режима, — это немножко перебор. Я к такой благодарности был не готов, честно скажу, — сказал обвиняемый.

Предвыборный бюджет, а не казна
Следствие, по мнению защиты, подменило выборный бюджет на казну преступного сообщества. Например, агитационные сети в районах республики можно было финансировать только наличными деньгами, так как там нет банков и их банкоматов. Расходование этих денег постоянно проверяли, а в 2015 году такую проверку проводило региональное управление ФСБ. Бывший первый замруководителя администрации главы Коми Анатолий Родов в показаниях подтверждал, что по финансированию общественно-политических и выборных проектов была строгая отчетность и вся информация предоставлялась правоохранительным органам.

Гиголян сказал, что следствие выдает за казну деньги, которые относились к компаниям Ромаданова и контролировались его семьей. Это же, по словам защиты, подтверждали и свидетели — руководители и номинальные владельцы этих фирм.

В деле нет упоминаний о том, как действовать и кому должна была перейти казна в случае, например, смерти Ромаданова или директора ряда его компаний Алексея Соколова. По словам адвоката, никто не смог ответить на вопрос, как были диверсифицированы риски в сложной иерархической структуре, которая, как пишет следствие в обвинении, отличалась строжайшей дисциплиной, полной взаимозаменяемостью участников.

Экспертизы
Чернов и его защита в выступлении сослались на многочисленные нарушения, допущенные экспертами, которые оценивали стоимость пакетов акций «Зеленецкой», Сыктывкарского промкомбината(СПК) и Сыктывкарского молочного завода и хлебозавода. Все они, по мнению защиты, принимали за основу не собственный анализ первичных документов, который прямо предписан принципами судебно-экспертной деятельности, а использовали обвинительную версию следствия.

Защита посчитала, что эксперты сделали огромное количество допущений. Например, бухгалтерские документы с флешки, изъятой на СПК, противоречили тем же документам, изъятым на самом предприятии.

Про конспирацию и иерархию
Защита Чернова сослалась на обвинение, в котором говорится, что Зарубин установил иерархическую структуру и строгую дисциплину, а также распределил преступные роли. В целях конспирации рядовые члены не знали о том, как устроено сообщество, но каждый участник активно участвовал в работе преступного сообщества. При этом ничего не говорится о том, как можно совместно планировать преступление и придерживаться иерархии, если не знаешь, кто еще состоит в преступном сообществе.

Взятка «Авалоном»
Чернов, по мнению защиты, не совершал мошенничества и никаких действий, которые можно было бы так охарактеризовать. Экс-чиновник не получал взяток ни напрямую, ни через посредников от бывшего сенатора от Коми или связанных с ним людей. Эти деньги были долгами Самойлова перед Ромадановым и подконтрольными ему предприятиями, по которым он выступил поручителем.

Две 25-процентных доли компании «Автоцентр» [юридическое лицо гостиницы «Авалон». Следствие считает это взяткой Чернову и Гайзеру] были проданы компании, подконтрольной Ромаданову, а затем «Отель сервису», учредителем которой была бывшая супруга Чернова. Защита считает, что Чернов не совершал легализации этих долей, а сделка с Ромадановым строилась на принципе «ты продаешь — я покупаю». Ни Ромаданов, ни Самойлов не были заинтересованы сообщать суду правду, пошли на поводу у следствия и договорились так, «чтобы все соблюли свои интересы».

«Авалон», по данным адвоката, упоминается в документах Ромаданова один раз, он сам пояснял, что это не имеет отношения к казне преступного сообщества. Материалы дела не подтверждают, что никаких угроз и требований передать доли в автоцентре Ромаданов не выдвигал и не ссылался ни на Чернова, ни на главу Коми Гайзера. При этом Рамаданов и Самойлов об этом заявляли, но следствие не проверило это противоречие. Деньги от продажи доли ушли структуре Ромаданова, а не были зачислены в казну.

Защита задалась вопросом, зачем Чернову было оформлять имущество, добытое преступным путем, на предприятие, которое принадлежит его супруге, ведь более отчетливой связи трудно представить.

Оправдать по всем пунктам
Защита посчитала, что гособвинители в суде не восполнили пробелы и не устранили недостатки предварительного следствия. При допросе свидетелей, по мнению защиты, сторона обвинения придерживалась плана во что бы то ни было добиться того, чтобы свидетели подтвердили свои показания, данные на стадии предварительного следствия, — очевидные противоречия не снимались из-за возражений прокуроров.

В какие-то моменты, по словам адвоката, это принимало откровенно негативную форму — гособвинение переходило на личности и угрожало уголовными делами.

— Вот чего на самом деле добиваются кукловоды, стоящие за всем этим безобразием: обвинительного приговора, который повлечет за собой лавину юридических последствий. Которая похоронит под собой все обязательства перед теми инвесторами, кто платил живые деньги за участие в совместных со структурами фонда уставных капиталах предприятий. Позволит одним судебным решением создать мутную атмосферу, в которой можно будет развернуться и прибрать к рукам активы, которыми в силу разных причин собственники не могут на сегодняшний день даже управлять. Вот где можно будет поживиться, — сказал адвокат Чернова и попросил оправдать подзащитного по всем пунктам предъявленного обвинения.

По версии следствия, организованное преступное сообщество в Республике Коми состояло из членов правительства и Госсовета и действовало с декабря 2005 года по сентябрь 2015 года. Следствие считает, что это была группа, которую создал предприниматель Александр Зарубин для получения имущества, принадлежащего республике, и что члены группы получали взятки и похитили 100% акций птицефабрики «Зеленецкая». Ущерб от этих действий оценили в 3,3 млрд руб.

За время следствия и рассмотрения дела в суде два его фигуранта скончались. В 2016 году в СИЗО умер директор компании «Метлизинг» Антон Фаерштейн. Основной версией следствия было самоубийство. В мае 2020 года в аварии погиб Алексей Соколов, который был генеральным директором компании «Комплексное управление проектами» (КУПРО) и доверенным лицом бывшего зампреда правительства Коми Константина Ромаданова.

Адвокат Карен Гиголян: Жизни обвиняемого по делу Гайзера Москвина может грозить опасность после публикации письма от его имени

Адвокат Карен Гиголян, представляющий интересы бывшего замглавы Коми Алексея Чернова в деле Гайзера, считает, что после публикации письма с записями переговоров предположительно обвиняемого Демьяна Москвина со следователями, жизни Москвина может угрожать опасность. Об этом Гиголян рассказал корреспонденту «7×7».

Утром 15 мая несколько СМИ, в том числе редакция интернет-журнала «7×7», получили письмо от человека, представившегося Демьяном Москвиным. В нем он объяснил, почему пошел на сделку со следствием. В письме были две аудиозаписи разговоров якобы со следователями, где они договариваются об условном сроке для Москвина в обмен на признательные показания против других фигурантов дела Гайзера. Сам Демьян Москвин в настоящее время находится в московском СИЗО «Бутырка». Его приговорили к шести годам строгого режима, но защита подала аппеляционную жалобу.

Карен Гиголян сказал «7×7», что однозначно не может утверждать, что текст принадлежит Москвину, так как он не знаком с манерой его письма. Однако защитник предполагает, что с высокой долей вероятности, «на 99%», в разговорах на аудиозаписях участвуют Демьян Москвин, старший следователь по особо важным делам при председателе Следственного комитета России генерал-майор юстиции Николай Тутевич и следователь из управления Следственного комитета по Коми подполковник Дмитрий Чехович, который был командирован в Москву для работы по делу Гайзера.

Пресс-служба Следственного комитета не смогла предоставить оперативный комментарий, попросив прислать официальный запрос. Редакция «7×7» направит его.

Адвокат Гиголян считает, что после того, как материалы попали в открытый доступ [оба ролика также опубликованы на анонимном YouTube-канале Chance For Justice ], жизни и здоровью Москвина может угрожать опасность. Поэтому, по его словам, необходимо установить общественный контроль за положением осужденного, а компетентным органам следует проверить обнародованные факты. С оценкой адвоката частично согласен правозащитник Артур Абашев, эксперт по правам заключенных: «Публикация подобных материалов действительно может негативно сказаться на условиях пребывания Москвина под стражей. Только для того, чтоб причинить человеку вред в СИЗО, вовсе необязательно его убивать. Сотрудникам СИЗО не нужны лишние смерти. В СИЗО намного проще загнобить человека, сломать его морально, например, подкинуть лезвие, поместить потом человека в карцер и держать его там безвылазно в одиночестве, угрожать изнасилованием, чтоб он всячески отрицал авторство этого письма. У сотрудников СИЗО есть очень много способов уничтожить людей без угрозы для их жизни».

Адвокат Москвина Андрей Спориш пока не комментирует рассылку.

Уже двое фигурантов дела Гайзера погибли: обвиняемый «финансист-технолог» Антон Фаерштейн якобы покончил с собой в СИЗО, а экс-руководителя Комплексного управления проектами Алексея Соколова сбила машина.

Демьян Москвин — один из «финансистов-технологов». По версии следствия, он помогал фигурантам дела экс-главы Коми Вячеслава Гайзера передавать высокорентабельные республиканские госпредприятия частным компаниям, аффилированным с бывшим руководством региона. В 2010 году Москвин помог организовать приватизацию птицефабрики «Зеленецкая». В качестве дивидендов новые собственники получили около 1 млрд руб. Также деньги были выведены из Фонда поддержки инвестиционных проектов. Общая сумма ущерба, по данным следствия, составила около 4,5 млрд руб.

Суд 8 мая 2020 года признал Москвина виновным сразу по нескольким статьям Уголовного кодекса: статье 210 («Участие в преступном сообществе»), статье 159 («Мошенничество»), подпунктам «а», «б» части 4 статьи 174.1 («Легализация (отмывание) денежных средств, полученных в результате совершения преступления»). Подозреваемый признался в совершенных преступлениях и рассказал о роли других фигурантов. С ним было заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, уголовное дело рассмотрено в особом порядке.

Суд назначил Москвину шесть лет колонии строго режима и штраф в размере 2 млн руб.

Защита Москвина обжаловала приговор — Замоскворецкий суд Москвы зарегистрировал апелляционную жалобу на вынесенное обвинительное решение, сообщило 15 мая РАПСИ.

Следите за последними новостями «7×7» в нашем Telegram-канале «Возбужденная Коми».

Адвокат экс-главы Коми: «В команде Гайзера были рабочие отношения, а не преступные связи»

Неоднозначную оценку у жителей Коми вызвали требования гособвинения по поводу наказания для фигурантов «дела Гайзера». В соцсетях бурно обсуждают, почему прокурор запросил для бывших первых лиц республики столь значительные сроки. Напомним, вчера на прениях прокурор потребовал назначить для экс-главы Коми наказание в виде 21 года колонии строгого режима со штрафом в 500 миллионов рублей, для Алексея Чернова — 20 лет со штрафом в 485 миллионов рублей, для Владимира Торлопова — 17 лет со штрафом в 3 миллиона рублей, Игорю Ковзелю — 17 лет. Для остальных ключевых фигурантов резонансного уголовного расследования также были объявлены значительные сроки с высокими штрафными санкциями. « КП в Коми» выяснила, что думают адвокаты Гайзера и Чернова по поводу позиции гособвинения.

Дарья Евменина, адвокат Вячеслава Гайзера

— Именно санкции ст атьи 210 УК РФ (организация и участие в объединенном преступном сообществе) позволяют обвинению запросить такие чудовищные сроки даже для обвиняемых в экономических преступлениях. Защита убеждена, что вменение ст.210 УК по таким делам, как наше является порочной практикой, которая в последние годы набирает все большие обороты по всей стране. Орган уголовного преследования отождествляет служебные отношения между должностными лицами с иерархическими отношениями участников преступного сообщества, что просто недопустимо. В команде Гайзера были рабочие отношения, а не преступные связи. Детальный анализ предъявленного Гайзеру В.М. обвинения и свою оценку защита выразит в прениях. За все 3,5 лет, что идет следствие и судебное расследование позиция Вячеслава Михайловича не изменилась. Его позиция последовательна, он не признает себя виновным.

Карен Гиголян, адвокат Алексея Чернова

— Прокуроры выступили, их позиция лично мне ясна. Объявленные санкции проистекают из самой статьи 210 УК РФ. Иначе и быть не могло — прокуроры исходят из предъявленных обвинений. Другое дело, что само обвинение целиком и полностью построено на предположениях, причем одна ничем не подкрепленная фантазия обосновывается на другой необоснованной фантазии.

Прения по «делу Гайзера» продолжался завтра в Замоскворецком районном суде города Москвы .

Еще больше материалов по теме: «Дело Гайзера»

Карен гиголян адвокат

Защитник бывшего замглавы Коми Алексея Чернова — адвокат Карен Гиголян прокомментировал сообщение о гибели фигуранта «дела Гайзера» Алексея Соколова, который вел «черную кассу» предполагаемого преступного сообщества.

— Это очень печальное известие. На мой взгляд, к гибели Соколова не стоит относиться, как к обычному несчастному случаю. Как-то странно получается, что гибнет уже второй человек, имевший отношение к управлению финансами так называемого преступного сообщества. В этой связи правоохранительным органам, на мой взгляд, стоит более внимательно исследовать обстоятельства смерти в СИЗО Антона Фаерштейна в августе 2016 года. Есть совпадения, наводящие на определенные мысли, — заявил защитник Чернова.

Напомним, сегодня стало известно, что вечером 7 мая в Новороссийске Алексея Соколова насмерть сбил автомобиль.

9 августа 2016 года в СИЗО Москвы «Матросская тишина» был обнаружен повешенным на простыни Антон Фаерштейн, генеральный директор компании «Метлизинг», которой принадлежат 82% акций Зеленецкой птицефабрики. Судмедэксперты тогда пришли к выводу, что Фаерштейн покончил с собой.

Примерно за месяц до трагедии — 12 июля 2016 года — проводилась очная ставка между Антоном Фаерштейном и бывшим главой Фонда поддержки инвестиционных проектов Республики Коми Игорем Кудиновым. В ходе следственного действия Фаерштейн жаловался на плохое самочувствие. Он говорил тихим голосом. Его речь местами была путанная. По его просьбе были вызваны врачи. Медики не нашли в состоянии Фаерштейна ничего, что заставило бы насторожиться, и после осмотра очная ставка была продолжена.

В какой-то момент Фаерштейн стал произносить бессмысленные фразы. Следователь пригрозил, что такие ответы будут расценены как симуляция и отказ от дачи показаний. Фаерштейн на это предупреждение заявил, что желает давать показания, однако плохо себя чувствует из-за бессонницы, и просил предоставить ему две недели для прохождения обследования.

Адвокат Фаерштейна в тот же день подавал письменное ходатайство о назначении его подзащитному психо-психиатрической экспертизы – в этом Фаерштейну было отказано.

К августу 2016 года с Фаерштейном уже было заключено досудебное соглашение, проведены очные ставки с другими фигурантами Валерием Веселовым и Игорем Кудиновым.

До того, как стать генеральным директором «Метлизинга», Фаерштейн длительное время был финансовым управляющим холдинга ЗАО «Финансово-промышленный альянс», бенефициаром которого были Александр Зарубин (60% акций), Юрий Бондаренко (20%) и Валерий Веселов (20%). В холдинг входило более 120 предприятий в Коми различного профиля.

Соколов, как и Фаерштейн, активно сотрудничал со следствием, полностью признал вину. Последнее время он проживал в Новороссийске.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *