Подготовка к выплате соцзащита что значит

Содержание:

Об особенностях предоставления мер социальной поддержки в период действия особого режима

Управление социальной защиты населения администрации Ленинск-Кузнецкого муниципального округа информирует

В связи с ситуацией, связанной с распространением новой коронавирусной инфекции, установлены особые условия предоставления субсидий на оплату жилого помещения и коммунальных услуг и ежемесячной выплаты в связи с рождением (усыновлением) первого ребенка.

Указанные выплаты будут продлены в автоматическом режиме, без предоставления гражданами заявления и дополнительных документов.

Для получателей субсидий такая возможность определена в постановлении Правительства Российской Федерации от 02.04.2020 №420 «О внесении изменений в Правила предоставления субсидий на оплату жилого помещения и коммунальных услуг и об особенностях предоставления субсидий на оплату жилого помещения и коммунальных услуг до 1 октября 2020г.».

В соответствии с данным постановлением предоставление субсидий гражданам, уже получающим такую субсидию, срок предоставления которой истекает с 1 апреля по 1 октября текущего года, будет автоматически продлено еще на 6 месяцев в том же размере.

Изменение порядка предоставления ежемесячной выплаты в связи с рождением (усыновлением) первого ребенка установлено Федеральным законом от 01.04.2020 № 104-ФЗ «Об особенностях исчисления пособий по временной нетрудоспособности и осуществлении ежемесячных выплат в связи с рождением (усыновлением) первого или второго ребенка».

Ежемесячная выплата в связи с рождением первого ребенка продлевается в период с 1 апреля по 1 октября 2020 года включительно гражданам с детьми, достигшими в указанный период возраста одного года и двух лет, имеющим право на указанную выплату в соответствии с действующим законодательством, т.е., если по состоянию на 01.04.2020 гражданин являлся получателем ежемесячной выплаты, предоставление выплаты осуществляется органами социальной защиты населения автоматически.

Вместе с тем, для граждан, у которых право на субсидии или ежемесячную выплату впервые возникнет в указанный период, организован прием документов по предварительной записи.

Для получения более подробной информации рекомендуем обращаться по телефону: 7-09-00 (субсидия), 7-25-88, 7-11-11 (ежемесячная выплата в связи с рождением (усыновлением) первого ребенка)

Подготовка к выплате соцзащита что значит

ВС разъяснил порядок выплат по договору страхования ответственности конкурсного управляющего

12 июля Верховный Суд вынес Определение № 305-ЭС18-2393, в котором указал нижестоящим судам, как определяется дата наступления страхового случая по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего.

24 мая 2012 г. после признания компании банкротом и открытия конкурсного производства Александр Лютый был утвержден в качестве конкурсного управляющего должника. Его ответственность была застрахована на общую сумму около 44 млн руб. двумя договорами, которые вступали в силу с момента уплаты страховой премии.

В марте 2015 г. был утвержден новый конкурсный управляющий должника. А в конце 2015 г. определением суда с Александра Лютого в конкурсную массу должника были взысканы убытки в размере почти 2,17 млрд руб. Суд пришел к выводу, что к таким убыткам привело его бездействие в статусе конкурсного управляющего, связанное с неисполнением им обязанности по оспариванию подозрительных и преференциальных сделок общества. Кроме того, суд констатировал, что Александр Лютый способствовал выводу активов должника из конкурсной массы.

Общество обратилось к страховщику с требованием о выплате страхового возмещения в связи с причиненными Александром Лютым убытками, а после отказа страховой компании – в суд с иском о взыскании страхового возмещения и процентов за пользование чужими денежными средствами.

После инициирования судебного разбирательства страховая компания удовлетворила требования общества в части выплаты страхового возмещения по одному из договоров в размере 3 млн руб., и в этой части производство по делу было прекращено. Но при этом суд первой инстанции счел, что в связи с длительным неосуществлением выплаты по этому договору страхования подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами, поскольку фактически данное требование признано страховщиком посредством добровольного исполнения обязательств.

Разрешая требования по второму договору, суд пришел к выводу, что страховая выплата не может быть осуществлена, так как моментом неисполнения обязанности по оспариванию сделок являлась дата наделения арбитражного управляющего полномочиями, то есть 24 мая 2012 г., что произошло до вступления договора страхования в силу, поскольку страховая премия по нему была уплачена только 6 августа 2012 г. Соответствующий момент суд определил, исходя из положений Правил страхования, утвержденных страховщиком, являющихся неотъемлемой частью договора.

Сославшись на ст. 929, 943, 954 и 957 ГК РФ, суд отказал в удовлетворении требований в части второго договора в связи с тем, что на дату наступления страхового случая договор еще не вступил в силу. Выводы суда первой инстанции поддержали суды апелляционной инстанции и округа. После этого общество обратилось в Верховный Суд с кассационной жалобой.

Рассмотрев жалобу, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ указала, что судами было ошибочно определено начало периода бездействия исходя из даты наделения Александра Лютого полномочиями конкурсного управляющего. Правила страхования, направленные на конкретизацию момента формирования страхового случая, в данном случае применению не подлежали, а определение страхового случая должно было осуществляться исходя из положений Закона о банкротстве.

Верховный Суд напомнил, что страховым случаем по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего является подтвержденное решением суда наступление его ответственности в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением им своих обязанностей в деле о банкротстве. ВС пришел к выводу, что бездействие, выражавшееся в неоспаривании сделок, начинается не ранее момента, когда истек разумный срок на получение информации о наличии у таких сделок пороков недействительности и о личности ответчика по иску, а также на подготовку документов, необходимых для предъявления соответствующих требований в суд.

Таким образом, Суд отменил судебные акты нижестоящих инстанций и направил дело на новое рассмотрение.

Партнер, руководитель практики «Страхование» АБ КИАП Дмитрий Шнайдман, комментируя определение ВС, отметил, что оно является верным по сути, поскольку примененный нижестоящими судами подход является формальным и противоречит фактическим обстоятельствам дела.

«Очевидно, что непосредственно в момент назначения конкурсный управляющий не владел и не мог владеть необходимой информацией для того, чтобы оценить, какие именно ранее совершенные сделки должника могут обладать признаками недействительности по основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве. Данная информация могла стать доступной ему после получения всего массива документации должника и ее анализа. Все эти процедуры требуют времени, только по истечении которого можно вести речь о бездействии конкурсного управляющего, повлекшем наступление убытков», – отметил эксперт.

Дмитрий Шнайдман обратил внимание на то, что, направляя дело на новое рассмотрение, ВС РФ дал нижестоящим судам указание определить дату наступления страхового случая исходя из того момента, когда в соответствии с положениями ст. 69.1 Закона о банкротстве конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделок должника. «При этом не исключено, что, учитывая разницу более чем в два месяца между датой назначения конкурсного управляющего и датой уплаты страховой премии, суды могут вновь прийти к выводу о ненаступлении страхового случая до даты вступления договора страхования в силу», – предположил эксперт.

Адвокат добавил, что, учитывая сложность споров, связанных со страхованием ответственности арбитражных управляющих, и противоречивость имеющейся правоприменительной практики, любая ясно выраженная позиция высших органов судебной власти имеет большое значение для установления единообразной практики. «В данном случае важно, что ВС РФ стоит на позиции того, что сама по себе дата начала исполнения конкурсным управляющим своих обязанностей не может быть признана датой совершения им нарушений, повлекших причинение убытков», – заключил Дмитрий Шнайдман.

Аналогичной позиции придерживается член Совета по взаимодействию с институтами гражданского общества при председателе Совета Федерации Евгений Корчаго. По его мнению, суды нижестоящих инстанций неправильно определили момент начала бездействия по неоспариванию сделок. «Такие ошибки встречаются в судебной практике, но разъяснение ВС по этому вопросу окажет благоприятное воздействие для формирование единой позиции, – считает эксперт. – Больше всего от этого выиграют конкурсные управляющие, так как это даст им хороший аргумент в спорах со страховыми компаниями».

Юрист ЮБ «Байбуз и партнеры» Иван Хорев отметил, что определение Суда призвано упорядочить понимание судами нижестоящих инстанций сразу нескольких вопросов: о том, с какого момента бездействие арбитражного управляющего, выражавшееся в неоспаривании сделок должника, следует считать незаконным для целей определения момента наступления страхового случая, а также о том, что есть страховой случай и какой норме закона должны соответствовать Правила страхования страховщика, учитывая специфику процесса банкротства.

Как рассказал Иван Хорев, обычно в Правилах страхования ответственности арбитражных управляющих указывается на «ретроактивный период» страхования. Подобные договоры страхования, как правило, содержат условие о том, что страховая премия должна быть уплачена до определенной даты, однако после этого действие договора распространяется на весь промежуток с момента его подписания до даты уплаты страховой премии. Данное условие включается для целей обеспечения непрерывности страхования ответственности арбитражного управляющего и возможности обеспечить права и законные интересы кредиторов должника. «Однако в данном случае в Правилах страхования такой пункт, по всей видимости, отсутствовал, что и привело к различному пониманию судами момента начала действия договора страхования применительно именно к ответственности арбитражного управляющего с учетом ее специфики», – предположил юрист.

По его мнению, разъяснения Верховного Суда будут иметь значение для страховщиков для целей корректировки Правил страхования и приведения их в соответствие с Законом о банкротстве в части закрепления понятия «страховой случай». Также разъяснения важны для уточнения момента начала действия страхования, что, как считает Иван Хорев, может повлиять на стоимость страховки, особенно принимая во внимание тот факт, что в последнее время суды отказывают страховым компаниям в исках о взыскании убытков с арбитражного управляющего в порядке суброгации.

Юрист добавил, что разъяснения призваны защитить права кредиторов должника, которые вправе рассчитывать на обеспечение своих законных интересов за счет непрерывности страхования ответственности арбитражного управляющего и недопущения ситуации, в которой ответственность арбитражного управляющего застрахована лишь промежуточно.

Умышленные действия арбитражного управляющего не освобождают страховщика от выплаты страхового возмещения

Верховный Суд РФ опубликовал Определение от 24 августа № 305-ЭС20-4326, в котором указал на недопустимость отказа в возмещении убытков в случае умышленных действий арбитражного управляющего.

Людмила Чернышева исполняла обязанности арбитражного управляющего ЗАО «Сервисная нефтяная компания» в рамках дела № А81-1120/2014 о банкротстве (АС Ямало-Ненецкого автономного округа). В процедуре конкурсного производства она допустила расходование денег из конкурсной массы, признанное АС Волгоградской области незаконным действием в деле № А12-10905/2017, с взысканием в пользу общества убытков на сумму около 4 млн руб. Ответственность арбитражного управляющего была застрахована ООО «Страховая компания “АРСЕНАЛЪ”».

Считая, что под страхование подпадают взысканные в связи с совершенными в конкурсном производстве незаконными расчетными операциями убытки на сумму около 2,6 млн руб., ЗАО «Сервисная нефтяная компания» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском о взыскании убытков на соответствующую сумму. Первая инстанция, оценив с учетом установленных в деле № А12-10905/2017 обстоятельств характер действий арбитражного управляющего как умышленный, направленный на получение выгоды за счет общества, что в силу п. 1 ст. 963 ГК РФ влечет освобождение от выплаты страхового возмещения, в иске отказала. Апелляция и кассация оставили это решение в силе.

Тогда общество обратилось в Верховный Суд с кассационной жалобой, в которой попросило отменить судебные акты как не соответствующие нормам права о страховании ответственности арбитражного управляющего в рамках процедур банкротства и удовлетворить исковые требования.

Рассмотрев жалобу, ВС отметил, что ответственность арбитражного управляющего за причинение убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве, а также иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве подлежит обязательному страхованию на основании ст. 24.1 Закона о банкротстве. Целью такого страхования как разновидности страхования ответственности за причинение вреда, осуществляемого в пользу лиц (выгодоприобретателей), которым может быть причинен вред, является гарантированная за счет средств страхового фонда имущественная защита в условиях процедур банкротства.

Закон о банкротстве (п. 5, 7 ст. 24.1), указала высшая инстанция, обязывает страховщика при наличии вступившего в силу решения суда о наступлении ответственности арбитражного управляющего произвести страховую выплату в пользу лица, потерпевшего от действий управляющего.

ВС заметил, что отказ в компенсации возникших у общества в банкротстве убытков посредством выплаты страхового возмещения нарушает его право на имущественную защиту от незаконных действий страхователя – арбитражного управляющего.

Верховный Суд указал, что освобождение компании от выплаты страхового возмещения в пользу выгодоприобретателя в связи с умышленными действиями страхователя противоречит и п. 1 ст. 963 ГК, поскольку препятствует обществу как пострадавшему от таких действий лицу в возмещении убытков, на случай наступления которых страхование осуществлено.

Также ВС обратил внимание, что в ситуации выплаты в условиях банкротства страхового возмещения в связи с причинением убытков вследствие умышленных действий страховщик защищен возможностью применения предусмотренного законодательством о банкротстве последствия – предъявления регрессного требования к арбитражному управляющему в размере страховой выплаты (п. 9 ст. 24.1 Закона о банкротстве).

Довод компании о том, что возникшие в рассматриваемых обстоятельствах убытки не являются страховым случаем, отмечается в определении, противоречит установленным в деле № А12-10905/2017 обстоятельствам, правилам ст. 69 АПК и указанным нормам Закона о банкротстве. «Возражения компании в отношении характера страхового случая не оказывают влияния на судьбу иска общества, не должного нести негативные последствия от действий арбитражного управляющего», – подчеркнул ВС

Верховный Суд решил принять новый судебный акт, указав, что размер иска обоснован обществом и не опровергнут страховой компанией. Также он отменил решения нижестоящих инстанций и удовлетворил иск общества.

В комментарии «АГ» адвокат, старший партнер АБ «Юрлов и Партнеры» Кирилл Горбатов с сожалением указал, что подобные кейсы, не имеющие в юридической части ничего сложного, доходят до Верховного Суда. Он предположил, что именно поэтому определение получилось лаконичным.

«Безусловно, в настоящем споре должно было изначально применяться правило Lex specialis derogat generali (специальный закон вытесняет общий). Так, если Закон о банкротстве в ст. 24.1 предусматривает возможность регрессного требования страховщика к арбитражному управляющему в связи в том числе с тем, что он причинил убытки должнику и кредиторам умышленно – само собой это подразумевает, что в случае таких умышленных действий заинтересованные лица могут получить убытки со страховой компании, где была застрахована ответственность управляющего. Если бы страховщик не отвечал по убыткам, причиненным управляющим в результате умышленных действий, а нес ответственность только в результате его неумышленных действий (или причиненных по неосторожности), институт страхования ответственности управляющего при банкротстве потерял бы актуальность. Кредиторам и должнику дано безусловное право в случае причинения убытков со стороны управляющего возместить их – в том числе за счет страховой компании, – и им в меньшей степени интересно, умышленно или неумышленно они причинены. Такие вопросы должны быть “отданы на откуп” взаимоотношений управляющего и страховщика», – считает Кирилл Горбатов.

Партнер ООО «Правовая группа» Владимир Шалаев отметил, что обозначенная ВС проблема не нова – обязательное страхование арбитражных управляющих давно является проблемным вопросом банкротства. «Отказаться от него нельзя, учитывая обязательный характер, а получить возмещение зачастую невозможно в принципе», – подчеркнул он.

Эксперт добавил, что взыскание убытков с арбитражного управляющего подразумевает, что действие (бездействие) совершено умышленно или по грубой неосторожности. Между тем, пояснил он, ГК предусматривает, что страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла. «Возникла ситуация, в которой получить страховое возмещение фактически было нельзя, – резюмировал Владимир Шалаев. – ВС напомнил, что положения Закона о банкротстве о праве на получение страховой выплаты являются специальными по отношению к положениям ГК об основаниях отказа в такой выплате».

Страховая выплата арбитражному управляющему

Страховщики обязаны платить по полисам арбитражных управляющих, даже если их нарушения умышленные

Москва. 27 февраля. ИНТЕРФАКС — Умысел в нарушениях арбитражных управляющих не освобождает страховые компании от обязанности провести выплаты в рамках обязательного страхования их профессиональной ответственности, решил Верховный суд (ВС) РФ.

Эту правовую позицию судебная коллегия по экономическим спорам (СКЭС) ВС РФ сформулировала при рассмотрении жалобы ООО «Коммунальные системы БАМа» (КСБ) — компании-банкрота, процедуру несостоятельности которой в качестве временного и конкурсного управляющего ранее вел Алексей Чесноков.

Он руководил КСБ с момента введения наблюдения 30 июня 2015 года до 27 апреля 2017 года. Затем Арбитражный суд Амурской области освободил его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего по собственному заявлению.

После этой отставки один из кредиторов — Федеральная налоговая служба — обратился в суд с иском о признании незаконными действий Чеснокова и возвращении в конкурсную массу 2,94 млн рублей. Это были средства, которые управляющий потратил на оплату нескольких трудовых договоров при отсутствии какой-либо хозяйственной деятельности в компании, а также на аренду собственного офиса.

Требования ФНС были удовлетворены. Но Чесноков платить не стал, и тогда КСБ обратились за выплатами по полисам страхования профессиональной ответственности арбитражного управляющего в ООО «Региональный страховой центр» (1,15 млн рублей), АСК «Инвестстрах» (1,72 млн рублей) и ООО «СК «Арсеналъ» (68,439 тыс. рублей). Суды рассматривали только эпизод «Арсенала», так как первые две компании признаны несостоятельными.

И Арбитражный суд Москвы, и две вышестоящие инстанции отклонили требования КСБ. В основу решений судов легли аргументы «Арсенала» о том, что у КСБ нет права на страховое возмещение, так как противоправные действия арбитражного управляющего были умышленными. «В соответствии с пунктом 1 статьи 963 Гражданского кодекса (ГК) РФ страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица», — говорится в решении первой инстанции. Исключения составляют случаи причинения вреда жизни или здоровью по собственной вине, кроме как если самоубийство произошло спустя два года после подписания договора личного страхования (пункты 2 и 3 упомянутой статьи).

СКЭС ВС РФ с таким подходом не согласилась. «Закон о банкротстве (пункты 5, 7 статьи 24.1) обязывает страховщика при наличии вступившего в законную силу решения суда о наступлении ответственности арбитражного управляющего (страхового случая) произвести страховую выплату в пользу лица (выгодоприобретателя), потерпевшего от действий управляющего», — говорится в определении коллегии, опубликованном в картотеке арбитражных дел.

Ссылки нижестоящих судов на пункт 1 статьи 963 ГК РФ коллегия фактически не стала разбирать. Она ограничилась следующим пассажем: «Освобождение компании от выплаты страхового возмещения в пользу общества (выгодоприобретателя) в связи с умышленными действиями страхователя (арбитражного управляющего) противоречит и пункту 1 статьи 963 ГК РФ, поскольку препятствует обществу как пострадавшему от таких действий лицу в возмещении убытков, на случай наступления которых осуществлено страхование».

Что касается убытков, которые возникают в случае выплаты у страховой компании, то та защищена «возможностью предъявления регрессного требования к арбитражному управляющему в размере произведенной страховой выплаты (пункт 9 статьи 24.1 закона о банкротстве)», констатировала СКЭС ВС РФ. «В рассматриваемом иске [о выплате по полису — ИФ] компания не лишена права на выдвижение возражений, связанных с характером страхового случая, однако должна осознавать, что правовые последствия такие возражения будут иметь только в возможном будущем споре с арбитражным управляющим», — говорится в определении.

В результате СКЭС ВС РФ направила дело на новое рассмотрение. Арбитражный суд Москвы должен будет руководствоваться сформулированной правовой позицией, но при этом проверить, точно ли подпадают требования КСБ под действие договора страхования с «Арсеналом».

Процедура банкротства КСБ началась весной 2015 года после подачи компанией заявления о собственном банкротстве. Наблюдение длилось с 30 марта по 30 июня 2015 года, конкурсное производство продолжается по настоящий момент. По данным об инвентаризации имущества КСБ от 26 мая 2019 года, раскрытым в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве («Федресурс», bankrot.fedresurs.ru), единственным активом компании является дебиторская задолженность (населения и Чеснокова) на общую сумму 16,59 млн рублей. Рыночная стоимость этих требований, согласно отчету об оценке, составляет 122,1 тыс. рублей.

Кредиторская задолженность КСБ составляет 98,32 млн рублей.

Экономколлегия решала, оплатит ли страховая убытки за управляющего

28 февраля 2020, https://pravo.ru/news/218584/

Управляющий своими действиями причинил убытки. Его ответственность была застрахована, поэтому деньги потребовали у страховщика, но суды указали: раз управляющий действовал осознанно, то и платить должен он, а не страховая компания. С этим не согласилась экономколлегия Верховного суда.

В банкротном деле «Коммунальных систем Бама» ( № А04-1621/2015 ) суд признал незаконными действия арбитражного управляющего и обязал его возвратить в конкурсную массу почти 3 млн руб. Ответственность арбитражного управляющего была застрахована в страховой компании «Арсеналъ».

Поэтому АО «Коммунальные системы Бама» обратилось в суд с иском о взыскании убытков со страховой компании (дело № А40-50263/2018 ). Но суды отказали, сославшись на установленный в банкротном деле «умышленный характер незаконных действий управляющего». Суды сослались на п. 1 ст. 963 Гражданского кодекса. Он освобождает страховщика от выплаты страхового возмещения, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя.

Истец обжаловал решения в Верховном суде . Он напомнил о том, что ответственность управляющего за причинение убытков должна быть обязательно застрахована (ст. 24.1 закона о банкротстве). При этом закон о банкротстве предусматривает право страховщика на регрессное требование к арбитражному управляющему, если убытки возникли из-за его умышленных действий.

По итогам рассмотрения дела судьи экономколлегии сформулировали несколько важных выводов. Они указали: отказ в компенсации возникших у общества в банкротстве убытков посредством выплаты страхового возмещения нарушает право истца на имущественную защиту от незаконных действий арбитражного управляющего. Такой отказ недопустим. Согласились в ВС и с тем, что страховая компания может предъявить регрессное требование к управляющему-нарушителю.

Страховая компания не лишена права на выдвижение возражений, связанных с характером страхового случая, однако она должна осознавать, что правовые последствия такие возражения будут иметь только в возможном будущем споре с арбитражным управляющим.

Но ВС решил не принимать нового решения по делу, а направить дело на новое рассмотрение. Среди прочего суду предстоит сопоставить период действия полиса с периодами пребывания арбитражного управляющего в должности, совершения им незаконных действий и возникновения от этих действий убытков.

Определение Верховного Суда РФ от 20.02.2020: неправомерен отказ в страховой выплате по убыткам арбитражного управляющего, основанный на умышленном характере его действий; возражения страховщика значимы лишь для возможного регрессного спора с управляющим.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 20.02.2020 по делу N А40-50263/2018 отменены судебные акты об основанном на умышленном характере действий арбитражного управляющего отказе в с иске к страховой компании о выплате страхового возмещения убытков, причиненных при проведении процедуры банкротства должника.

Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации руководствовалась в том числе следующим.

Закон о банкротстве обязывает страховщика при наличии вступившего в законную силу решения суда о наступлении ответственности арбитражного управляющего (страхового случая) произвести страховую выплату в пользу лица (выгодоприобретателя), потерпевшего от действий управляющего (пункты 5, 7 статьи 24.1). Отказ в компенсации возникших у общества в банкротстве убытков посредством выплаты страхового возмещения нарушает право общества (выгодоприобретателя) на имущественную защиту от незаконных действий арбитражного управляющего (страхователя). Освобождение компании от выплаты страхового возмещения в пользу общества (выгодоприобретателя) в связи с умышленными действиями страхователя (арбитражного управляющего) противоречит и пункту 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку препятствует обществу как пострадавшему от таких действий лицу в возмещении убытков, на случай наступления которых осуществлено страхование.

В ситуации выплаты в условиях банкротства страхового возмещения в связи с причинением убытков вследствие умышленных действий страховщик защищен возможностью применения предусмотренного законодательством о банкротстве последствия – предъявления регрессного требования к арбитражному управляющему в размере произведенной страховой выплаты (пункт 9 статьи 24.1 Закона о банкротстве). Довод компании о принадлежности страховщику выбора способа защиты от умышленных действий арбитражного управляющего (посредством возражений против иска выгодоприобретателя или предъявления регрессного иска) не основан на законе. В рассматриваемом иске компания не лишена права на выдвижение возражений, связанных с характером страхового случая, однако должна осознавать, что правовые последствия такие возражения будут иметь только в возможном будущем споре с арбитражным управляющим.

ВС: умысел арбитражного управляющего не освобождает страховщика от выплаты

Управляющий своими действиями причинил убытки. Верховный суд указал, что страховщик не освобождается от выплаты, но имеет право подать подать иск к конкурсному управляющему.

Об этом написал портал «Право.ру».

В банкротном деле «Коммунальных систем Бама» (№ А04-1621/2015) суд признал незаконными действия арбитражного управляющего и обязал его возвратить в конкурсную массу почти 3 млн р. Ответственность арбитражного управляющего была застрахована в страховой компании «Арсеналъ».

АО «Коммунальные системы Бама» обратилось в суд с иском о взыскании убытков со страховой компании (дело № А40-50263/2018). Но суды отказали, сославшись на установленный в банкротном деле «умышленный характер незаконных действий управляющего». Суды сослались на п. 1 ст. 963 Гражданского кодекса. Он освобождает страховщика от выплаты страхового возмещения, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя.

Истец обжаловал решения в Верховном суде. Он напомнил о том, что ответственность управляющего за причинение убытков должна быть обязательно застрахована (ст. 24.1 закона о банкротстве). При этом закон о банкротстве предусматривает право страховщика на «регрессное требование» к арбитражному управляющему, если убытки возникли из-за его умышленных действий.

По итогам рассмотрения дела судьи экономколлегии сформулировали несколько важных выводов. Они указали: отказ в компенсации возникших у общества в банкротстве убытков посредством выплаты страхового возмещения нарушает право истца на имущественную защиту от незаконных действий арбитражного управляющего. Такой отказ недопустим. Согласились в ВС и с тем, что страховая компания может предъявить «регрессное требование» к управляющему-нарушителю.

Страховая компания не лишена права на выдвижение возражений, связанных с характером страхового случая, однако она должна осознавать, что правовые последствия такие возражения будут иметь только в возможном будущем споре с арбитражным управляющим, пишет «Право.ру».

Но ВС решил не принимать нового решения по делу, а направить дело на новое рассмотрение. Среди прочего суду предстоит сопоставить период действия полиса с периодами пребывания арбитражного управляющего в должности, совершения им незаконных действий и возникновения от этих действий убытков.

Верховный Суд РФ указал, что страховые компании обязаны производить выплату возмещения даже в случае умышленного причинения убытков арбитражным управляющим

Правовая позиция, изложенная в комментируемом судебном акте, по мнению автора, продолжает тренд защиты прав и законных интересов кредиторов, который последовательно уже несколько лет подряд задает Верховный Суд РФ.

Фабула данного дела достаточно проста. Арбитражный управляющий в ходе осуществления своей профессиональной деятельности причинил убытки должнику, размер которых установлен судебным актом по делу о банкротстве. Должник (в лице нового управляющего) обратился с иском к страховым компаниям, в которых была застрахована ответственность причинителя вреда, о взыскании страхового возмещения. Одним из страховщиков были заявлены возражения относительно удовлетворения исковых требований: убытки были причинены арбитражным управляющим умышленно, что в силу части первой статьи 963 ГК РФ освобождает страховую компанию от выплаты. С этим согласились суд первой инстанции и отказал в иске, с чем впоследствии согласились суды апелляционной и кассационной инстанций.

В принципе, такое решение судов было вполне прогнозируемым и стандартным для подобного рода споров, так как оно основывалось не только на буквальном толковании части первой статьи 963 ГК РФ (страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица), но и на многолетней устойчивой судебной практике.

Правовой подход (в формате подразумеваемой позиции), согласно которому страховая компания освобождается от выплаты в случае доказанности умышленного причинения убытков арбитражным управляющим, был сформирован еще в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 09 июля 2009 года № 4/09 по делу А13-575/2008 и развит в судебных актах по этому же делу, принятых при повторном рассмотрении (см. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 21 апреля 2010 года).

В дальнейшем указанная позиция неоднократно подтверждалась и Верховным Судом РФ.

Так, в определении Верховного Суда РФ от 17 апреля 2017 года № 309-ЭС16-18581 отмечено, что в правоотношениях по имущественному страхованию событие, с которым связывается возникновение убытков, подлежащих возмещению посредством выплаты страхового возмещения, должно обладать признаками вероятности и случайности. Если же страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения (пункт 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации). Критерий для применения содержащегося в законодательстве о банкротстве правила о регрессе совпадает с установленным общими нормами гражданского законодательства о страховании критерием для освобождения страховщика от страховой выплаты и связан с совершением страхователем умышленных действий, заведомо направленных на извлечение из страхования выгоды. Аналогичная по существу позиция изложена в определениях Верховного Суда РФ от 22 мая 2017 года № 307-ЭС16-18707 и от 04 апреля 2018 года № 307-ЭС18-2108.

В определении ВС РФ от 12 июля 2018 года № 305-ЭС18-9221 указано, что вступившими в законную силу судебными Ссылка на список документов:

На уровне судов первой кассационной инстанции (где дела не доходили до Верховного Суда РФ) отметим постановление Арбитражного суда Московского округа от 14.10.2019 г. по делу № А40-272844/2018, постановления Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26 сентября 2019 года по делу № А56-131983/2018, от 03 апреля 2019 года по делу № А56-82000/2018, от 11 сентября 2019 года по делу № А56-144166/2018, постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 25 апреля 2019 года по делу № А53-9519/2018, постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 09 июня 2017 года по делу № А58-1984/2016.

Тем самым достаточно неожиданным является то, что в комментируемом судебном споре Верховный Суд РФ занял абсолютно противоположную позицию. Хотя все же справедливости ради необходимо отметить, что в формате «отказного» определения Верховный Суд РФ уже занимал противоположную позицию. К примеру, в определении Верховного Суда РФ от 11 апреля 2016 года № 305-ЭС16-2140 высшая судебная инстанция поддержала нижестоящие суды, взыскавшие со страховщика возмещение в пользу выгодоприобретателя и отметила, что доводы страховой компании о том, что страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, что подтверждено приговором суда по уголовному делу, правомерно отклонен нижестоящими инстанциями со ссылкой на постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 09 июля 2009 года № 4/09.

Возвращаясь к комментируемому судебному акту, отметим, что отменяя судебные акты судов нижестоящих инстанций Верховный Суд РФ указал, что ответственность арбитражного управляющего за причинение убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве подлежит страхованию в обязательном порядке на основании статьи 24.1 Закона о банкротстве. Целью названного страхования как разновидности страхования ответственности за причинение вреда, осуществляемого в пользу лиц (выгодоприобретателей), которым может быть причинен вред (статья 931 Гражданского кодекса Российской Федерации), является гарантированная за счет средств страхового фонда имущественная защита в условиях ведущихся процедур банкротства. Отказ в компенсации возникших у общества в банкротстве убытков посредством выплаты страхового возмещения нарушает право общества (выгодоприобретателя) на имущественную защиту от незаконных действий арбитражного управляющего (страхователя).

По мнению автора этот посыл можно истолковать таким образом, что защита прав выгодоприобретателей, то есть либо кредиторов либо конкурсной массы должника (то есть в конечном счете тех же претендующих на нее кредиторов), за счет средств страховщика должна быть гарантированной вне зависимости от степени вины арбитражного управляющего в совершенных им незаконных действиях (бездействии). Это свидетельствует о бесспорно прокредиторской направленности данной правовой позиции, и как было отмечено выше, соотносится с поддерживаемым Верховным Судом РФ трендом защиты прав кредиторов и увеличения эффективности процедур банкротства в части повышения процента удовлетворения требований кредиторов.

Ключевым моментом комментируемого судебного акта является вопрос толкования и применения положений части первой статьи 963 ГК РФ. В отношении данной правовой нормы Верховный Суд РФ указал, что освобождение компании от выплаты страхового возмещения в пользу общества (выгодоприобретателя) в связи с умышленными действиями страхователя (арбитражного управляющего) противоречит и пункту 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку препятствует обществу (выгодоприобретателю) как пострадавшему от таких действий лицу в возмещении убытков, на случай наступления которых осуществлено страхование. В ситуации выплаты в условиях банкротства страхового возмещения в связи с причинением убытков вследствие умышленных действий страховщик защищен возможностью применения предусмотренного законодательством о банкротстве последствия – предъявления регрессного требования к арбитражному управляющему в размере произведенной страховой выплаты (пункт 9 статьи 24.1 Закона о банкротстве). Довод компании о принадлежности страховщику выбора способа защиты от умышленных действий арбитражного управляющего (посредством возражений против иска выгодоприобретателя или предъявления регрессного иска) не основан на законе. В рассматриваемом иске компания не лишена права на выдвижение возражений, связанных с характером страхового случая, однако должна осознавать, что правовые последствия такие возражения будут иметь только в возможном будущем споре с арбитражным управляющим.

Таким образом, Верховный Суд РФ фактически ограничил применение части первой статьи 963 ГК РФ в спорах, вытекающих из страхования профессиональной ответственности арбитражных управляющих и возмещения причиненных этой деятельностью убытков, лишь исками страховщиков в порядке регресса.

Данная правовая позиция высшей судебной инстанции должна широко приветствоваться кредиторами, для которых она существенно упрощает возможность получения денежных средств в результате исполнения судебных актов о взыскании убытков с арбитражных управляющих.

Однако, хотелось бы в этой связи обратить внимание на следующее.

Безусловно, комментируемый подход повлечет за собой рост числа удовлетворенных исков о взыскании денежных средств со страховщиков. Это в свою очередь может повлечь за собой вполне естественное для любого рынка последствие — перекладывание соответствующих рисков и негативных последствий на арбитражных управляющих в виде увеличения размеров как базовых страховых премий, так и тех, что рассчитываются на условиях индивидуального андеррайтинга.

Здесь мы возвращаемся к давно существующей проблеме: при наличии установленной в Законе о банкротстве обязанности арбитражного управляющего действовать в интересах должника, кредиторов и общества, для чего в том числе страховать свою ответственность, при наличии в этом же Законе о банкротстве отсылки к определению страховой премии на основании страховых тарифов (пункт 3 статьи 24.1), учитывая предусмотренную частью второй статьи 954 ГК РФ возможность определения страховых тарифов органами страхового надзора, до настоящего времени определение этих тарифов государством не производится. Следствием этого являются массовые примеры установления страховщиками заградительных тарифов для арбитражных управляющих при наличии даже еще не рассмотренных судом жалоб на их действия (бездействие), при наличии удовлетворенных жалоб, не связанных с причинением убытков, при наличии фактов взыскания убытков, когда они самостоятельно возмещены управляющими, не говоря уже о ситуациях, когда убытки не возмещены. Очевидно, что необходим комплексный подход: защита прав кредиторов путем упрощения процедуры получения возмещения за счет средств страховых фондов должна быть уравновешена законодателем путем установления государственного регулирования страховых тарифов.

Выплата страховой компанией возмещения за причинение убытков арбитражным управляющим.

Общество-банкрот обратилось в арбитражный суд о взыскании страхового возмещения к страховой компании, в которой был застрахован арбитражный управляющий, действия которого были признаны судом незаконными и взысканы убытки в рамках дела о банкротстве.

Суды трех инстанций во взыскании страхового возмещения отказали с указанием на то, что страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения, если страховой случай наступил вследствие умысла арбитражного управляющего. При этом суды указали, что преюдициальным судебным актом, вступившим в законную силу, а именно определением о взыскании убытков с арбитражного управляющего был установлен умысел управляющего, что является, в соответствии с п. 1 ст. 963 ГК РФ с учетом позиций ВС РФ (Определение ВС РФ № 309-ЭС16-18581 от 17 апреля 2017 1 ; Определение ВС РФ № 307-ЭС16-18707 от 22 мая 2017 2 ) основанием для освобождения страховщиков от выплаты страхового возмещения и отказе в удовлетворении исковых требований.

В комментируемом определении ВС РФ № 305-ЭС19-21664 от 20.02.2020 3 высказал правовую позицию, согласно которой целью обязательного страхования арбитражного управляющего как разновидности страхования ответственности за причинение вреда, осуществляемого в пользу лиц (выгодоприобретателей), которым может быть причинен вред (статья 931 ГК РФ), является гарантированная за счет средств страхового фонда имущественная защита в условиях ведущихся процедур банкротства.

Закон о банкротстве обязывает страховщика при наличии вступившего в законную силу решения суда о наступлении ответственности арбитражного управляющего (страхового случая) произвести страховую выплату в пользу лица, потерпевшего от действий управляющего. Отказ в компенсации возникших у общества в банкротстве убытков посредством выплаты страхового возмещения нарушает право общества-банкрота на имущественную защиту от незаконных действий арбитражного управляющего.

Освобождение компании от выплаты страхового возмещения в пользу общества (выгодоприобретателя) в связи с умышленными действиями арбитражного управляющего противоречит и пункту 1 статьи 963 ГК РФ, поскольку препятствует обществу как пострадавшему от таких действий лицу в возмещении убытков, на случай наступления которых осуществлено страхование.

В ситуации выплаты в условиях банкротства страхового возмещения в связи с причинением убытков вследствие умышленных действий страховщик защищен возможностью предъявления регрессного требования к арбитражному управляющему в размере произведенной страховой выплаты (пункт 9 статьи 24.1 Закона о банкротстве).

Кроме того, ВС РФ указывает на неверный довод компании-страховщика о принадлежности страховщику выбора способа защиты от умышленных действий арбитражного управляющего (посредством возражений против иска выгодоприобретателя или предъявления регрессного иска) не основан на законе. Да, при рассмотрении иска страховщик не лишен права на выдвижение возражений, связанных с характером страхового случая, однако правовые последствия таких возражений будут иметь только в возможном будущем споре с арбитражным управляющим.

Таким образом, невыплата арбитражным управляющим в добровольном порядке убытков не освобождает страховую компанию от выплаты убытков, которые нанес арбитражный управляющий, что гарантирует поступление в конкурсную массу должника денежных средств в размере причиненных убытков.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *