Выплата компенсаций за моральный ущерб

Моральный вред: как заставить российские суды присуждать справедливые компенсации?

Материал для подписчиков издания «ЭЖ-Юрист». Для оформления подписки на электронную версию издания перейдите по ссылке.

Что такое моральный вред?

Моральный вред – это физические или нравственные страдания, которые испытывает человек из-за нарушения его прав (причинения вреда здоровью, ущерба деловой репутации, нарушения неприкосновенности частной жизни, прав потребителя, авторских прав и т.п.). Компенсация морального вреда – выплата за душевные переживания человека, например за боль при потере близкого человека в ДТП.

Нельзя путать моральный и имущественный вред. Во втором случае речь идет об убытках, которые понес человек. Возмещение имущественного вреда – это, например, выплата утраченного из-за производственной травмы заработка или стоимости товара при защите прав потребителя.

Ожидания и реальность: компенсация морального вреда в российских судах

Компенсация морального вреда за жизнь и здоровье: пути решения проблем

Обсуждая проблемы правоприменительной практики в сфере компенсации морального вреда за причинение вреда здоровью и жизни человека, хотелось бы обратить внимание на наиболее острые.

Первая проблема: размеры взыскиваемых судами сумм компенсаций значительно отличаются, отсутствует единообразный подход к их определению. Так, один судья за смерть человека может взыскать в пользу родственников компенсацию в 5000 руб., другой – 8,5 млн руб. Такой значительный разброс в размерах взыскиваемых сумм не создает для потерпевшего и причинителя вреда определенности.

Вторая проблема – сложность доказывания тяжести нравственных страданий потерпевшего. Это приводит к тому, что суды не дают им должной правовой оценки.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью» суды при определении размера компенсации должны учитывать индивидуальные особенности лица, которому причинен вред, степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства каждого дела.

Однако на практике все обстоит иначе – суды к вопросу определения размера компенсации морального вреда подходят формально, без учета степени нравственных страданий конкретного потерпевшего. В моей адвокатской практике был случай (2018 г.), когда учитель музыки после перелома руки и черепно-мозговой травмы, полученных в результате ДТП, стала профессионально непригодной и вынуждена была уйти с работы. Ей необходимо будет осваивать иную профессию, кардинально изменить жизнь. В данном случае нравственные страдания потерпевшей не равны страданиям другого профессионала, которому не требуется виртуозность рук.

Третья проблема связана с тем, что причинители вреда жизни и здоровью нередко уклоняются от выплаты взысканного судом возмещения и компенсации морального вреда. По роду деятельности в МОД «Союз пешеходов» я часто сталкиваюсь со случаями причинения вреда здоровью пешеходов по вине водителя. Потерпевший может оказаться единственным кормильцем в семье. В итоге он попадает в больницу, несет дополнительные расходы на лечение, теряет трудоспособность и т.д. Единственным источником дохода для семьи потерпевшего могут в таком случае оказаться только взысканные с виновника ДТП суммы на возмещение вреда здоровью и компенсацию морального вреда. В случае уклонения виновником ДТП от выплаты потерпевший оказывается в еще более затруднительном материальном положении.

Такая ситуация возникла с тремя пешеходами, здоровью которых в результате ДТП был причинен тяжкий вред. Один из них, в частности, потерял способность передвигаться. Суд взыскал компенсацию вреда в размере порядка 800 тыс. руб., однако виновник эту сумму не возместил из-за отсутствия средств.

На сегодняшний день злостные неплательщики не несут ответственности за уклонение от исполнения судебных решений. Единственное, что могут сделать судебные приставы – применить в отношении указанных лиц ограничительные меры: на выезд за границу, на пользование должником специальном правом. Однако данные меры, как показывает практика, не мотивируют должников выплачивать присужденные суммы – кто-то вовсе не выезжает за рубеж, кто-то не имеет водительских прав или уже лишен их и т.д. Кроме того, если у должника не найдут имущество, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом допустимые законом меры по отысканию его имущества окажутся безрезультатными, исполнительный лист будет возвращен потерпевшему.

Четвертая проблема – затруднительность судебного процесса для самих потерпевших. Когда предполагается невысокая сумма возмещения, потерпевшие зачастую отказываются обращаться в суд из-за предстоящих расходов на адвоката и необходимости участия в многочисленных судебных заседаниях. По этой причине люди, получившие легкий и средней тяжести вред здоровью, нередко остаются без компенсации.

Полагаю, решить перечисленные проблемы помогут внесение изменений в законодательство, регулирующее указанную сферу, а также разъяснения ВС РФ.

Так, для устранения разброса в размерах компенсации целесообразно, на мой взгляд, установить минимальный размер, исходя из степени тяжести вреда здоровью и формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность, отсутствие вины). Минимальный размер компенсации морального вреда должен зависеть от степени физических страданий.

Эта минимальная сумма затем увеличивается на компенсацию за нравственные страдания, оцениваемые судом индивидуально для каждого пострадавшего по установленным критериям.

Таким образом, для минимального размера компенсации:

телесные повреждения – А (сумма), легкий вред здоровью – В (сумма), средней тяжести вред здоровью – С (сумма), тяжкий вред здоровью – Д (сумма), смерть – Е (сумма).

Форма вины будет выступать в качестве повышающего коэффициента (например, отсутствие вины – 1, неосторожность – 1,5, умысел – 2).

Рассмотрим на примере. Совершен наезд на пешехода, причинен тяжкий вред здоровью, вина водителя отсутствует.

Размер компенсации в таком случае составит: Д * 1 = Д руб. за физические страдания.

Также следует установить критерии свыше минимального размера для определения степени нравственных страданий потерпевшего.

Необходимо привлечь специалистов в области психологии и психиатрии, которые смогут выработать общие критерии для определения тяжести нравственных страданий, их длительности, что впоследствии позволит установить денежный размер компенсации за нравственные страдания.

Для решения проблемы сложности доказывания нравственных страданий необходимы новые разъяснения Пленума ВС, устанавливающие критерии оценки степени физических и нравственных страданий (например, как изменилась жизнь потерпевшего после причинения вреда здоровью, характер отношений между потерпевшим, родственником и погибшим и т.п.), обязывающие суды при рассмотрении данной категории дел оценивать каждый критерий и отражать оценку в решении, а также предусмотреть возможность проведения (судебной) психологической экспертизы.

Для гарантии прав потерпевших на получение взысканных судом сумм на возмещение вреда здоровью и жизни и компенсацию морального вреда необходимо ввести административную и уголовную ответственность за уклонение от уплаты возмещения по аналогии с неуплатой средств на содержание детей и нетрудоспособных родителей (ст. 5.35.1 КоАП РФ, 157 УК РФ).

Кроме того, при установлении минимальной суммы компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью необходимо включить указанные споры (если требования составляют не более 500 тыс. руб.) в категорию дел, по которым выдаются судебные приказы. Потерпевший без участия в судебных заседаниях сможет взыскать минимальную компенсацию. Для расчета суду будет достаточно медицинской экспертизы по определению степени вреда здоровью и акта должностного лица (судебного акта) о привлечении либо непривлечении причинителя вреда к ответственности.

Полагаю, что предложенные меры помогут гарантировать потерпевшему получение достойной, а не номинальной компенсации морального вреда.

Потерпевший и причинитель вреда, зная минимальную сумму компенсации и критерии, влияющие на ее увеличение, будут тем самым мотивированы заключить во внесудебном порядке соглашение (которое можно будет заверить у нотариуса). В этом случае отпадет необходимость обращаться в суд, поскольку сумма будет определена. В настоящее время досудебное разрешение споров о размере компенсации морального вреда маловероятно, поскольку стороны не могут договориться в связи с большим разбросом между минимальным и максимальным возмещением – потерпевший рассчитывает на большее и идет в суд, причинитель не платит до суда, так как надеется, что суд взыщет меньше. При наличии определенности по сумме им станет невыгодно затевать судебный процесс и нести соответствующие издержки.

Помимо этого, в случае нотариального заверения соглашения при его неисполнении потерпевший может обратиться к нотариусу для совершения им исполнительной надписи, что приравнивается к исполнительному документу и станет основанием для возбуждения исполнительного производства в отношении ответчика без судебного процесса.

Введение минимальной суммы компенсации также сделает возможной выдачу судебного приказа по данной категории требований, не превышающих 500 тыс. руб., что также значительно разгрузит суды. Для этого потерпевшему достаточно будет приложить к заявлению заключение судебной медицинской экспертизы и документы, подтверждающие наличие или отсутствие вины.

В заключение отмечу, что угроза реального лишения свободы при злостной, без уважительных причин неуплате присужденного возмещения вреда здоровью и жизни, а также компенсации морального вреда послужит мотивацией к исполнению решений судов.

Сколько стоит человеческая жизнь? Эксперты обсудили справедливую сумму компенсации морального вреда

everythingposs / Depositphotos.com

Практикующие юристы и ученые обсудили проблемы определения размера компенсации морального ущерба за причинение вреда жизни и здоровью на состоявшемся вчера круглом столе. Организатор дискуссии – Комитет гражданских инициатив, Общероссийский гражданский форум и Ассоциация юристов России.

Проблемы с подсчетом размера компенсаций можно свести к трем основным:

  • размеры присуждаемых компенсаций различаются в сотни раз (от 5 тыс. до 15 млн руб. за человеческую смерть);
  • суммы компенсаций являются абсолютно непредсказуемыми даже для профессиональных участников подобных судебных разбирательств, что порождает сомнения как в обоснованности присуждаемых сумм, так и в том, что суд оценивал все обстоятельства, важные для определения степени моральных страданий;
  • при этом компенсации, как правило, совершенно мизерные, не отвечающие представлениям о справедливости. В частности, по данным автора соответствующего исследования, управляющего партнера ЮО «Гражданские компенсации» Ирины Фаст, «средний» размер компенсации морального ущерба за смерть близкого человека по стране в 2015-2017 годах составлял 111 тыс. руб., а медианный – еще ниже: 70 тыс. руб.

Сопоставим это с размером в 2 млн руб., который – по результатам социологических исследований – представляется россиянам справедливой оценкой моральных страданий в связи с потерей близкого человека. А по оценкам экономистов, средняя суммарная «цена» ущерба, связанная с потерей члена семьи, находится на отметке около 61 млн руб. Кстати, средний размер компенсации, по данным участников круглого стола, за смерть близкого в США равен $3-4 млн, что в пересчете на рубли составляет даже больше 61 млн руб. – 192-256 млн руб.

Добавим к последнему соображению и то, что во многих случаях компенсация морального ущерба – это вообще единственный платеж, который «причитается» близким погибшего человека. А что касается компенсации морального ущерба в уголовном деле, то потерпевшие зачастую видят в нем «дополнительное» к уголовному наказание для преступника, и их разочарование размером присужденной компенсации оборачивается недоверием к системе уголовного судопроизводства и охраны правопорядка в целом.

Все это вкупе приводит к тому, что «бесценность человеческой жизни превращается в ее бесплатность», по замечанию Ирины Фаст: нормы о присуждении компенсации хотя и действуют, но не обеспечивают с эффективностью ни компенсирующей, ни превентивной, ни карательной функции. В связи с этим, по мнению участников дискуссии, назрела необходимость в утверждении либо методики подсчета размера компенсаций морального вреда, либо даже системы минимальных такс и шкал. Впрочем, последнее соображение довольно дискуссионно, – часть юристов полагают, что в таком случае суды всегда будут ограничиваться минимальными размерами, их оппоненты же указывают, что даже в таком случае размер компенсаций вырастет по сравнению «с текущими». При этом все сошлись во мнении, что оптимальным вариантом будет одобрение методики (минимальных такс) постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Отметим, что правоведы уже имеют продвинутые «разработки» в этой области; нельзя не отметить методику определения размера презюмируемого морального вреда, автором которой является профессор РЭУ им. Плеханова Александр Эрделевский. Он же обратил внимание участников дискуссии на три важных момента:

  • во-первых, согласно ст. 151 Гражданского кодекса, размер компенсации определяется судом. Однако ГК РФ не требует, чтобы этот размер определял исключительно тот суд, который рассматривает конкретное дело. Таким образом, ГК РФ допускает и предполагает определение, скажем, ВС РФ как и ориентировочных сумм, в том числе минимальных, так и методики подсчета размера компенсации. Более того, ВС РФ уже с 2014 года рекомендует ориентироваться на те размеры компенсаций, которые присуждаются ЕСПЧ (например, Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 14 августа 2018 № 78-КГ18-38). Следовательно, уже сейчас есть вполне твердая основа для применения в конкретных делах «базисных» размеров компенсаций, присужденных ЕСПЧ. Нужно просто хорошо изучить его практику;
  • во-вторых, профессор обратил внимание на необходимость правильного формулирования предмета иска по делам о компенсации в случае смерти близкого человека. Из конструкции ст. 150-151 ГК РФ очевидно следует, что нравственные страдания проистекают при нарушении нематериальных благ. Жизнь – это нематериальное благо. Однако при нарушении права на жизнь исчезает и обладатель этого блага, то есть исчезает тот субъект, который вправе был бы требовать компенсации за посягательство на свое нематериальное благо – жизнь, если бы он, подобно Лазарю, воскрес из мертвых. Таким образом, обосновывать право на компенсацию моральных страданий в связи со смертью нужно не тем, что было нарушено право другого (умершего) человека на жизнь, а тем, что смертью этого близкого человека было нарушено такое нематериальное благо истца, как семейная связь. Данный подход уже отражен и в практике ВС РФ (например, Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 18 февраля 2019 г. № 71-КГ18-12, Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 25 февраля 2019 г. № 69-КГ18-22);
  • в-третьих, ученый указал на целесообразность более широкого применения положений ч. 2 п. 2 ст. 15 ГК РФ: если нарушитель получил доходы вследствие своего деликта, то потерпевшая сторона вправе требовать возмещения – наряду с другими убытками – упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы. Что это значит применительно к проблеме компенсации морального вреда? Что если, скажем, право на жизнь автолюбителя было нарушено из-за того, что нарушитель – производитель автомобилей решил «сэкономить» на безопасности, то все недостойно сэкономленное на этом нужно взыскивать с нарушителя сверх возмещения морального вреда; это – справедливо! Подобную же тактику, вероятно, можно ожидать в делах о выплате компенсаций родным погибших в «Зимней вишне» – кроме, собственно, компенсаций моральных страданий можно заявить требования о взыскании неосновательного сбережения имущества, которое имело место из-за неисполнения требований пожарной безопасности.

Кроме того, очень интересные идеи были высказаны другими участниками дискуссии о:

  • необходимости установления одинаковых размеров компенсаций за причинение смерти в различных отраслевых законах; например, сейчас жизнь пешехода оценивается «дешевле» жизни пассажира метрополитена или автобуса;
  • целесообразности рассмотрения о взыскании морального ущерба в связи с ДТП в порядке приказного производства;
  • введении уголовной ответственности за невыплату присужденных сумм компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни или здоровью (по аналогии с уклонением от алиментов);
  • необходимости «отдельной» шкалы оценки морального вреда, причиненного медицинскими работниками, поскольку судебное «облегчение» взыскания такого вреда и увеличение взыскиваемых сумм может привести к коллапсу в отечественном здравоохранении.

Компенсация морального вреда: тенденции российской судебной практики

Компенсация морального вреда – один из способов защиты гражданином его нарушенных прав (абз. 11 ст. 12 ГК РФ). Размер компенсации определяет суд. Для этого он принимает во внимание степень вины нарушителя, а также характер физических и нравственных страданий потерпевшего, и выносит решение с учетом требований разумности и справедливости (ч. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Закон, причем не только ГК РФ, но и иные нормативные правовые акты, предусматривает следующие основания для взыскания компенсации морального вреда:

  • нарушение тайны завещания (ч. 2 ст. 1123 ГК РФ);
  • нарушение личных неимущественных прав автора (ч. 1 ст. 1251 ГК РФ);
  • нарушение изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя (ст. 15 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-I «О защите прав потребителей»);
  • нарушение прав и интересов гражданина в результате распространения ненадлежащей рекламы (ч. 2 ст. 38 Федерального закона от 13 марта 2006 г. № 38-ФЗ «О рекламе»);
  • невыполнение туроператором или турагентом условий договора о реализации туристского продукта (абз. 6 ст. 6 Федерального закона от 24 ноября 1996 г. № 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации»);
  • нарушение прав и законных интересов гражданина в связи с разглашением информации ограниченного доступа или иным неправомерным использованием такой информации (ч. 2 ст. 17 Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»);
  • нарушение прав гражданина, связанное с дискриминацией в сфере труда (ч. 4 ст. 3 ТК РФ);
  • совершение работодателем неправомерных действий или бездействия в отношении работника (ст. 237 ТК РФ);
  • увольнение без законного основания или с нарушением установленного порядка либо незаконный перевод на другую работу (ч. 9 ст. 394 ТК РФ);
  • и другие.

Однако обязательство по компенсации морального вреда, напоминает адвокат, партнер Коллегии адвокатов города Москвы «Барщевский и Партнеры» Анастасия Расторгуева, возникает не во всех случаях, а только при одновременном наличии следующих признаков:

Страданий, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага.

Неправомерного действия/бездействия причинителя вреда.

Причинной связи между неправомерным действием и моральным вредом.

Вины причинителя вреда (ст. 151 ГК РФ).

Вне зависимости от вины причинителя вреда можно требовать компенсацию, только если:

  • источником повышенной опасности причинен вред жизни или здоровью гражданина;
  • гражданин был незаконно осужден, привлечен к уголовной ответственности либо в отношении него были незаконно применены в качестве мер пресечения заключение под стражу или подписка о невыезде, а также при незаконном наложении на него административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;
  • в отношении гражданина были распространены сведения, порочащие его честь, достоинство и деловую репутацию (ст. 1100 ГК РФ).

Моральный вред, поясняет ВС РФ, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, физической болью и др. (абз. 2 п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»; далее – Постановление Пленума ВС РФ № 10).

При этом отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий не означает, что у потерпевшего нет права на возмещение морального вреда (абз. 3 п. 4 Постановления Пленума ВС РФ № 10).

Моральный вред и его компенсация

Судебная практика и собственная субъективная оценка обстоятельств — единственное, на что опираются судьи при определении размера возмещения морального ущерба. В ст. 151 и 1101 ГК РФ законодательно установлен ряд критериев, которые должны в обязательном порядке учитываться судом при определении размера возмещения:

  • характер и степень нравственных или физических страданий;
  • степень вины человека, когда вина является основанием ответственности за причинение вреда;
  • фактические обстоятельства, при которых причинен моральный ущерб, и иные, заслуживающие внимания обстоятельства;
  • индивидуальные особенности потерпевшего (например, для женщины — состояние беременности);
  • требования разумности и справедливости. К примеру, Определение Санкт-Петербургского городского суда от 03.05.2012 по делу № 33-5359/2012 подтверждает, что, определяя размер компенсации, суду необходимо учитывать имущественное положение должника. Так, истцы заявили размер компенсации, признанный судом завышенным, поскольку исполнение решения суда невозможно по причинам финансовой и хозяйственной несостоятельности должника.

В нашем государстве компенсация морального вреда в гражданском праве представлена только в одной форме — денежной. Это не означает, что причинитель вреда не вправе добровольно совершить действия, направленные на сглаживание перенесенных потерпевшим страданий (уход за потерпевшим, оказание иной помощи, передача какого-либо имущества).

Действующее законодательство предусматривает основания для взыскания компенсации, которые представляют собой нарушение:

  • тайны завещания (ч. 2 ст. 1123 ГК РФ );
  • неимущественных прав автора (ч. 1 ст. 1251 ГК РФ );
  • прав потребителя изготовителем, продавцом (ст. 15 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1);
  • турагентом условий договора о реализации туристского продукта (абз. 6 ст. 6 Федерального закона от 24.11.1996 № 132-ФЗ);
  • прав человека в связи с дискриминацией в сфере труда (ч. 4 ст. 3 ТК РФ );
  • работодателем прав работника ( ст. 237 ТК РФ ) и др.

Однако законодатель установил, что для возникновения права на возмещение необходимо одновременное наличие следующих четырех условий:

  1. Собственно физическое или нравственное страдание. Бремя доказывания лежит на потерпевшем.
  2. Противоправное действие (бездействие), нарушающее принадлежащие гражданину неимущественные права или посягающее на принадлежащие ему другие нематериальные блага.
  3. Причинная связь между противоправным действием (бездействием) и моральным вредом. Причинная связь должна быть прямой. Так, например, если в результате операции больному причинен ущерб, то решающее значение будут иметь действия врача, непосредственно проводившего операцию, а не лиц, назначивших его на эту должность или проводящих аттестацию медицинских работников.
  4. Вина причинителя вреда, которая проявляется в форме умысла (прямого или косвенного) и неосторожности (небрежность или легкомыслие). Законодательство закрепляет правило о презумпции вины причинителя вреда.

Эти условия являются основанием для компенсации морального ущерба.

В нашем государстве размер компенсации варьируется от одной до нескольких десятков тысяч рублей.

Моральный вред, причиненный в результате нападения и укуса собаки

В ряде случаев некоторые породы собак суды справедливо относят к источникам повышенной опасности. Речь о бойцовских, сторожевых собаках. Для иллюстрации приведем извлечение из одного судебного постановления.

Например, в апелляционном определении Вологодского областного суда от 28.08.2013 по делу N 33-3973/2013 коллегия привела следующие доводы:

Гражданский кодекс РФ прямо не относит животных к источникам повышенной опасности, однако собаки, обладающие специфическими качествами, используемые в качестве сторожевых, могут быть отнесены к источникам повышенной опасности.

Учитывая, что норма статьи 1079 ГК РФ не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд первой инстанции, принимая во внимание особые качества животного, присущие таким источникам, обоснованно отнес собаку, принадлежащую ООО «Статус» к источнику повышенной опасности.

Россияне назвали размер справедливой компенсации за моральный ущерб

Комиссия по вопросам определения размеров компенсации морального вреда при Ассоциации юристов России совместно с Финансовым университетом впервые провели социологическое исследование (есть в распоряжении РБК), в ходе которого граждане должны были рассказать, какую сумму они считают справедливой при возмещении ущерба за боль и страдания в связи с потерей здоровья или близких. Выяснилось, что в среднем достаточной суммой граждане назвали 8,77 млн руб.

В самую большую сумму (17,11 млн руб.) респонденты оценили возмещение морального ущерба в случае гибели единственного ребенка в семье, а также тяжелой травмы с потерей способности к передвижению (15,63 млн руб.).

Размер морального ущерба в историях, не повлекших серьезного вреда здоровью, оценен в меньшие суммы (2–4 млн руб.).

В Ассоциации юристов отмечают, что, в законодательстве нет ориентиров для расчета компенсации, а потому судебная практика в этом вопросе совершенно непредсказуема. Часто суды взыскивают в пользу пострадавших крайне незначительные суммы. По данным судебного департамента Верховного суда России, средний размер взысканной компенсации за вред жизни и здоровью составил около 82 тыс. руб.

Авторы исследования указывают, что размер компенсации, который считают справедливым россияне, не сильно разнится с обычно присуждаемыми суммами в странах ЕС. Например, в Австрии они составляют около €92 тыс. (около 6,5 млн руб.), а в Германии достигают €312 тыс. (22 млн руб.).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *